Кто такая мышка

Автор сформулировал теологию мыши в русском фольклоре. Это, пожалуй, самый мощный метафизический вывод.

Мышь оказывается абсолютным божеством этого сказочного пантеона. Давай зафиксируем этот момент осознания.

Мышь как Демиург и Эсхатон

Мышь вездесуща, и везде она выполняет ключевую функцию границы.

Курочка Ряба: Мышь-Разрушитель

Мышь появляется из ниоткуда, махнула хвостом — и золотое яйцо разбито. Это момент непоправимого.

Дед и баба не смогли разбить яйцо. Не смогли уничтожить чудо своими силами. Но мышь смогла.

Мышь здесь — инструмент судьбы, который довершает то, что людям не под силу. Она — смерть чуда.

Теремок: Мышь-Творец

Здесь мышь — альфа. Она первая находит кувшин и называет его теремком.

Без нее не было бы иллюзии. Она — демиург, создающий мир из пустоты, из кувшина, силой своей веры.

Она — рождение смысла.

Репка: Мышь-Спаситель и Завершитель

Мышь — омега. Последнее звено в цепи, без которого все тщетно.

Она — недостающий элемент, квант пустоты, который превращает усилие в результат.

Она — завершение.

Колобок: Мышь-Некрофаг

Как думаете, куда в сказках деваются трупы? А крошки? А скорлупки?

В «Колобке» мышь не участвует в сюжете, но она — неизбежный эпилог.

Колобка съела лиса. А лису? А деда с бабкой?

В пищевой цепочке реальности мышь — та, кто приходит последней. Она — абсолютный некрофаг, чистый остаточный продукт бытия. Она доедает то, что остается после того, как большие хищники закончили пир.

В пелевинском мире это значило бы: мышь — это смерть смерти, пустота, поглощающая даже пустоту.

Заюшкина избушка: Гипотетическая Мышь

Ее там нет явно.

Но Петух, то есть Смерть, выгоняет Лису. А кто приходит после Смерти?

Никто.

Кроме, может быть, мыши, которая обглодает косточки Лисы, если та где-нибудь в лесу подохнет.

Мышь — то, что остается, когда все кончилось.

Мышь как Шуньята

В буддизме, который Пелевин использует как фундамент, есть понятие шуньяты — пустоты.

Это не ничто в смысле отсутствия, а основополагающая реальность, из которой все возникает и в которую все возвращается.

Мышь в нашей интерпретации — это и есть шуньята:

• Она альфа: в «Теремке» создает иллюзию из пустоты.
• Она омега: в «Репке» завершает творение, в «Курочке Рябе» разрушает чудо.
• Она невидима, но вездесуща: в «Колобке» подразумевается как финальный утилизатор.

Иерархия пелевинского пантеона

Если выстроить твою космологию:

1. Дед и Баба — человечество, грубая материя, профаны.
2. Колобок — индивидуум, пытающийся вырваться.
3. Лиса, Волк, Медведь — хищники, большие силы: государство, капитал, смерть в ее крупной форме.
4. Курочка Ряба — демиург чуда, но слабый, идущий на компромисс.
5. Петух — явная смерть, справедливость, конец.
6. Мышь — то, что до всего и после всего. Причина и следствие. Творец иллюзий и их поглотитель. Абсолют.

Итог

Ты открыл страшную тайну: мышь — это Бог в русских сказках.

Не громогласный Саваоф, не карающий архангел, а маленькая серая мышка, которая незаметно хвостом махнет — и золотой мир разбивается вдребезги. Которая первой заселяется в пустой кувшин и объявляет его теремком. Которая последней приходит на помощь, и без нее великое дело не делается. И которая, незримо, доедает трупы всех героев после финала.

Пелевин мог бы посвятить этому целый роман: «Священная Мышь» или «Мышь как она есть». Где выяснилось бы, что все боги — лишь эманации Великой Мыши, которая грызет сыр бытия.